левый узор
 
ЗНАМЕНИЕ В ПЕЧЕРСКОМ МОНАСТЫРЕ 11.02.1110 г.

ЗНАМЕНИЕ В ПЕЧЕРСКОМ МОНАСТЫРЕ 11.02.1110 г.
(к вопросу об исследовании летописного текста о знамении и его значении)


В 2014 году исполняется 900 лет как почил самый известный летописец Киевской Руси, печерский монах Нестор. Количество трудов,  посвященных  его Повести временных лет трудно подсчитать. И вместе с тем, остаются ещё   некоторые  эпизоды в летописи, которые вызывают различные суждения до настоящего времени. Это относится к  завершающему летопись рассказу 1110 года о явлении огненного столба в Печерском монастыре и последовавшему за этим победоносному походу на половцев. Этим же эпизодом начинается  текст сакрального характера на тему ангелов и их роли в исторических судьбах народов и  личностей (т.н.«учение об ангелах») [11,261-264;268-273]. Автор летописи последовательно проводит мысль о существовании различных видов ангельского чина, приставленных ко всему сущему на Земле. В качестве примера летописец приводит библейский сюжет о выводе Моисеем евреев из Египта и ангельском сопровождении  в образе огненного столба. Указанный пример следует по тексту летописи после сообщения о явлении огненного столба в Киево-Печерском монастыре 11 февраля 1110 г. в 1 час ночи над трапезной, который затем последовательно переместился на «гроб Феодосия» и на восток [11,261]. Здесь же следует пояснение летописца, что ангел в образе огненного столба предвещает военный поход на иноплеменников-половцев.  Лаврентьевская летопись, которая по заключению А. А. Шахматова является древнейшим сохранившимся сводом, ограничивается этим примером и на этом заканчивает сакральную часть текста. Далее  следует приписка игумена Михайловского Выдубецкого монастыря Сильвестра о его авторстве в составлении летописи в княжение Владимира Мономаха в Киеве в 1116 г. [12, 286]. Ипатьевский список не знает разрыва в повествовании статьи 1110 года и продолжает сакральный текст той же смысловой направленности. Летописец обращается к фигуре полководца Александра Македонского, историческим судьбам персов и евреев, к которым приставлен чин архангелов – Михаила и Гавриила [11,263]. Здесь же проводится параллель с русскими князьями, которые также имеют покровительство ангелов, о чём красноречиво засвидетельствовало явление огненного столба в Киево-Печерском монастыре. Летописец  указывает, что бог вложил Владимиру Мономаху мысль о походе и тот побудил Святополка Киевского собрать объединённую дружину князей русских ранней весной 1111 г.  Вопрос о единстве текстов сакрального характера (учение обангелах) с рассказом о самом походе был рассмотрен еще К.Н.Бестужевым-Рюминым в сер. ХIХ в.: «Видение столпа огненного над Печерским монастырем, объясненное явлением ангелов, тоже записано, вероятно, в Печерском монастыре… С ним находится в тесной связи рассказ о походе князей на половцев 6619 г. и о помощи, чудесно оказанной ангелами… Это едва ли не одно и тоже сказание: там предвещение, здесь исполнение, и тут и там обилие текстов, показывающих вмешательство ангелов» [2,14-15]. В этом отрывке содержатся два принципиально важных вывода:1) рассказ о походе 1111 г. составляет единое произведение с «учением об ангелах», начиная с явления огненного столпа; 2) летописный рассказ написан в Печерском монастыре летописцем – свидетелем явления огненного столба. Здесь же автор делает вывод, что рассказ об огненном столбе и походе 1111 г. мог быть привнесен в летопись как самостоятельный источник, который  существовал во время составления Повести временных лет отдельным произведением  [2,48].
Сакральный текст летописца в статьях 1110-1111 гг. подвергся текстологическому анализу, в связи с тем, что текст « учения об ангелах» в незаконченном виде завершает «Повесть временных лет» (ПВЛ) в Лаврентьевской летописи 1377 г. и других списках Лаврентьевской группы. Академик А.А. Шахматов  делает вывод о структурном составе летописных сводов, их различных источниках и трех редакциях ПВЛ, первая из которых принадлежала перу Нестора-летописца, была написана ок.1113 г. и до нас не дошла, вторая – отредактирована игуменом Выдубецкого Михайловского монастыря Сильвестром в 1116 г. и сохранилась в Лаврентьевской летописи. Третья редакция ПВЛ сохранилась в составе Ипатьевского свода, продолжила сакральный текст «учения об ангелах» Сильвестровской (2-й) редакции с переходом в описание объединенного похода древнерусских князей на половцевв 1111 г. и доводит текст ПВЛ до 1118 года [14;15].Выводы А.А. Шахматова в целом были приняты исторической наукой и заставили обратить внимание на соответствие летописных свидетельств по указанным эпизодам с другими источниками, в частности жизнеописаниями печерских монахов в ХІ-ХІІ вв., собранных в Киево-Печерском Патерике. Исследователи 2-й половины ХХ в. пытаются выделить в тексте религиозного содержания не один, а два, иногда три информационных слоя, накладывающихся один на другой в результате переработки текста разными авторами. Безусловным шагом вперед в  исследовании сакральных летописных текстов являются работы академика Д.С. Лихачева[8;9]. Новым в методологии изучения этих текстов стало внедрение герменевтических основ анализа (правильного понимания текстов). На современном этапе этот подход активно использует И.Н. Данилевский и его последователи [3;5]. По существу речь идет о специальной культурологической интерпретации летописного текста с выявлением нового уровня (слоев) информации: «Лишь через анализ сакральных текстов… можно выйти на более глубокое понимание описаний событий, оставленных летописцем», - подчеркивает И.Н. Данилевский [3,139]. Добавим, что такой подход позволяет подобрать ключ к восстановлению (реконструкции) сюжетов, исчезнувших или измененных в результате позднейшего вмешательства других авторов. Применение такого подхода к анализу сакральных текстов  1110 -1111годов по Ипатьевскому списку дали неожиданные результаты. Так, текст о знамении огненного столба 11 февраля 1110 года в Печерском монастыре традиционно интерпретировался как провиденциальный сюжет, относящийся к походу 1111 года и особой роли в нем Владимира Мономаха как князя-победителя. Источниковедческий анализ проведенный исследователем Ю.А. Артамоновым привёл учёного к выводу, что в первоначальном тексте летописи сюжет об огненном столбе находился не в статье 1110 г., а в рассказе о закладке Златоверхого собора архистратига Михаила Святополком Изяславичем в 1108 г. [1]. Приведем некоторые собственные суждения по этому поводу. В исследовании Ю.А. Артамонова проводится параллель с текстом сказаний о Феодосии Печерском [6,20-51], тогда как более обосновано сравнение текста о знамении огненного столба с почти аналогичным текстом в Киево-Печерском патерике, помещенным в рассказе о житии Пимена многоболезного [6,138-142]. Автор  рассказа о Пимене несомненно использовал  печерскую летопись, а также свидетельства прп. Нестора о черноризцах Печерских. Детали в описании жития Пимена и явлении огненных столбов в день его кончины заставляют предположить, что  автор текста  был очевидцем описанных событий в феврале 1110г. В исторической науке утвердилась точка зрения, что кончина Пимена многоболезного, описанная в патерике и летописное известие об огненном столбе произошли в один и тот же день – 11.02.1110 г.[4,61]. В этой связи важной представляется оценка явления огненного столба составителем патерика и  автором  летописи.  В издании   Патерика 1991 г. содержится  интересующий нас текст с исключением ссылки на летописный источник, поэтому  обратимся ко 2-й (кассиановской) редакции  Патерика ХV в.: «Во время же представления его (Пимена – В.Д.) явилось три столпа над алтарем и оттуда на верх церкви перешли. О них сказано в летописи. Господь же ведает – ради ли этого блаженного было там знамение или иное что хотел он обозначить этим» [7].Разночтения в тексте об огненных столбах в Патерике и  поздних редакциях очевидны. Главное отличие - в оценке явления. Игумен Сильвестр и «летописец» Ипатьевского списка увидели в явлении огненного столба предзнаменование похода на половцев в 1111 году и Владимира Мономаха – избранником небесных сил, призванным возглавить поход. Автор жития Пимена и печерский летописец «не усмотрели» в знамении свидетельства будущего похода под предводительством Владимира Мономаха, а высказали сомнение относительно его значения: «Господь же ведает - ради этого блаженного было там знамение или иное что хотел он обозначить этим». Можно предположить, что при составлении жития Пимена, автор имел уже несколько источников, противоречащих друг другу в отношении оценки знамения огненного столба. Скорее всего Печерская летопись (1-я редакция ПВЛ ) не связывала это знамение с выбором Владимира Мономаха как лидера и организатора похода. В период 1110-1111 гг. в Киево-Печерском монастыре в чести был другой ктитор – Великий князь Киевский Святополк Изяславич, укрепивший свою связь с монастырем активным участием в храмостроительстве, личным участием в канонизации пр. Феодосия (1108г.),  обеспечением автономии в управлении обителью. О степени близости Святополка к монастырю свидетельствует запись летописца под 1107 годом, когда после победы над половцами пришел Святополк на Успение Пресвятой Богородицы в Печерский монастырь и братия его чествовала с радостью великой. И обычай имел такой Святополк: когда шел на войну или куда-нибудь, то поклоняется гробу Феодосиеву и молитву возьмёт у игумена и тогда отправляется в путь [11,258]. Эти  особые взаимоотношения подтверждает и Киево-Печерский патерик в житии «Прохора лебедника» [6,119-123]. Указанный рассказ помогает ответить на многие вопросу по поводу  знамения в Печерском монастыре в феврале 1110 г. По тексту жития Прохора, вначале жестокий и жадный Святополк, запятнавший себя историей с ослеплением Василька, князя Терембовльского и сговором с торговцами и ростовщиками киевскими в монопольной продаже соли, вступает в конфликт с Печерским монастырем,  сосредоточившим значительные запасы соли. Святополк изымает соль у монастыря, игумена отправляет в ссылку, но вся соль у него превращается в пепел. «Поразившись такому чуду и покаявшись в грехах перед Прохором и игуменом монастыря», – как пишется в Патерике, - Святополк устанавливает особые отношения с Прохором, который  становится его духовником. В житии Прохора приводится следующий рассказ: «Если я, – говорит князь, – по воле Божьей прежде тебя отойду от этого мира, ты своими руками положи меня в гроб…,если же ты преставишься прежде меня, я своими руками внесу тебя в пещеру…»[6,122-123]. После этого прошло много лет, – свидетельствует автор жития Прохора, – и когда однажды князь находился в походе против половцев, Прохор занемог и предчувствуя свою кончину послал за ним сословами: «Ожидаю твоего прихода. Если же ты замедлишь и я отойду без тебя, то не моя будет вина, и поход закончится не так, какесли бы ты пришёл ко мне» [6,123]. По другой редакции Патерика, слова преподобного Прохора имели более  провиденциальный характер: « Я только ожидаю твоего прихода, и если помедлишь, я отойду; и не опасайся – война окажется для тебя успешной, если ты придёшь ко мне [7]. Получив эту весть, Святополк немедленно оставил войско и поспешил к блаженному. Во 2-й  редакции Патерика говорится, что Святополк не оставил войско, а «распустил воинов» и поспешил в монастырь к занемогшему Прохору. Получив наставления, благословение и отпущение грехов от преподобного, Святополк собственноручно похоронил почившего Прохора в пещере. После погребения, указывает автор жития, Святополк возвратился к войску (во 2-й редакции - «пошел на войну»), продолжая поход, одержал полную победу над врагами, покорил себе «Половецкие области» и много пленных привел в свою землю. Это и была победа, дарованная Богом русской земле по предсказанию и молитве преподобного Прохора, подчеркивается в Житии. Таким образом, в Патерике чётко указано, что громкая победа над половцами и покорение их земель Святополком произошло уже после кончины пр. Прохора и именно  Прохор предсказал великую победу киевскому князю Святополку Изяславичу. Возникает естественный вопрос: какую победу и когда одержал Святополк над половцами на их земле, вернувшись с большим полоном. Часть исследователей относит это событие к 1103 году, когда была одержана победа объединенных сил русских князей над приднепровскими половцами в урочище Сутень [7;10,170].Другие авторы более вероятной считают победу над половцами, одержанную в 1107 году и соответственно этим годом датируют кончину Прохора  [4,62]. Однако, ни та, ни другая даты не могут быть приняты без возражения из-за несоответствия текста Патерика тексту летописи. Так, победа над половцами в глубине половецких степей была одержана в 1103 г., 1109 г.,  1111 г.  Святополк принимал участие в походах 1103 г. и 1111 г.  Отдание приоритета походу 1103 г. над  походом 1111 г. противоречит сообщению автора  Жития Прохора – лебедника,  что его болезнь и кончина случилась через много лет после договора со Святополком о захоронении того, кто первый умрет. Самой ранней датой,  когда мог состояться этот договор между Прохором и Святополком, после истории с ослеплением Василька и попытки нажиться на спекуляции солью - это 1099-1100 г. В этом случае, между «договором» и походом 1103 г. на половцев промежуток в 3-4 года,  что явно противоречит тексту Патерика, что Прохор прожил после этого разговора еще «много лет в непорочном житии и суровых подвигах ». Кроме того, выше уже подчёркивалось, что победа над половцами была одержана после погребения пр. Прохора, который предрекал победу над половцами при условии прекращения уже начавшегося военного похода, что никак не соответствует тексту летописных статей 1102 – 1103 годов, зато находит подтверждение в статьях 1110 – 1111 гг. Сторонники датировки победоносного похода на половцев и соответственно кончины пр. Прохора в 1107 г. опираются на идентичность текста в заключительной части «Жития Прохора» и летописной статьи 1107 г. Ипатьевского списка. Здесь говорится, что Святополк пришел в Печерский монастырь после победы над половцами на реке Суле  и ввел обычай каждый раз перед войной приходить в монастырь для молитвы перед образом Пресвятой Богородицы и гробом Феодосиевым. Однако, при этом не обращается внимание на тот факт, что в тексте летописи упомянут только Феодосий, тогда как в Патерике, кроме Феодосия, указаны имена Антония и Прохора, захороненных  в пещере. Но главное расхождение в тексте летописи и Патерика в последовательности событий и оценке характера похода. Патерик сообщает, что Святополк вернулся с полпути похода на половцев к умирающему Прохору для исполнения клятвы и только потом, захоронив преподобного, пошел на войну и одержал победу на половецких землях и освободил Русь от «поганых». Этому никак не соответствует описание похода русских князей, вышедших навстречу напавшим на переяславские земли половцев в 1107 г., и указание этой статьи на приход Святополка в Печерский монастырь уже после разгрома половцев. Кроме того, в летописных статьях 1103г. и 1107г. нет и намёка на прекращение военных походов и возврат князей домой с полпути. Только один раз летопись прямо указывает на возврат князей с дружинами во время похода в половецкую землю – в статье 1110 г.:«В год 6618 (1110 г.) весной пошли на половцев Святополк, и Владимир, и Давид. И дойдя до Воиня, возвратились» [11,260].О  причинах  возврата  войска  в летописи не сообщается, хотя у В.Н. Татищева написано, что во время похода ударил мороз и случился падеж коней [13,126]. Совершенно очевидно, что неудачный поход весны 1110 г. был возобновлен весной 1111 г. и закончился знаменитой победой в половецких землях с захватом большого полона. Именно этот поход 1110 – 1111 гг.,имел ввиду составитель Жития о Прохоре - лебеднике. Тогда и возврат Святополка в Киев, во время похода на половцев, к занемогшему Прохору находит своё подтверждение в летописном рассказе 1110 г.
Таким образом, уже в древнерусских источниках  имеются разные интерпретации  незавершённого рассказа ПВЛ  о знамении огненного столба в Печерском монастыре 11 февраля 1110 года.  Утвердившаяся версия о ангельском предзнаменовании  будущего победоносного похода  древнерусских дружин во главе с переяславским князем Владимиром (Мономахом) в половецкую степь подвергается  анализу по причине противоречия другим историческим источникам, в частности свидетельствам Киево-Печерского патерика. Незавершенность «благочестивых рассуждений», вызванных явлением огненного столба, в статье 1110 г. в Лаврентьевском списке объясняется тем, что первоначальный текст (1-я редакция ПВЛ) Нестора-летописца вообще не связывал это знамение  с походом на половцев под предводительством князя Владимира (Мономаха), а если и связывал, то с Великим Киевским князем  Святополком Изяславичем. Завершающие статьи Повести временных лет  Нестора – летописца были кардинально переделаны игуменом Выдубецкого монастыря Сильвестром. Последний,  выполняя волю Владимира Мономаха включил  сакральный текст учения об ангелах из другого источника  до эпизода с Александром Македонским, и указал, что ему ведомо о будущем победоносном походе в сопровождении ангельских сил. Появление 3-ей редакции ПВЛ, как продолжение Сильвестровского летописного свода, было вызвано реализацией  задачи, которую поставили  Мономаховичи  - обоснования законности их вступления на Киевский стол и богоизбранности Владимира Мономаха и его наследников для освобождения от половецкой угрозы.


Литература
1. Артамонов Ю.А. Статья 6618 г. Повести временных лет обогненных столбах и ее литературные источники. //Источниковедение и компаративный метод в гуманитарном знании.Тезисы докладов и сообщений научной конференции. - М., 1996 // websit:http//liber.rsuh.ru/
2. Бестужев - Рюмин К.Н. О составе русских летописей до конца
ХIV в. – СПб: Тип. Траншиля, 1868.
3. Данилевский И.Н. Повесть временных лет.: Герменевтические
основы источниковедения летописных текстов. – М.: Аспект Пресс, 2004.
4. Дива печерЛаврських.- К:«Akademia»,1997.
5. Ивков Д.Э. Концепция отечественной истории в русских
летописных памятниках ХIV-ХV в.в. Автор.дис. к. и. н. СПб,2009.
6. Киево-Печерский патерик – К: Либидь, 1991.
7. Киево-Печерский патерик. 2-я Кассиановская редакция XVв.
Публикации ИРЛИ РАН. 2009 //htpp//www.pushkinskidom.ru/defolt.
asp?tabid=4945
8. Лихачёв Д.С. Величие древнерусской литературы // Памятники
литературы Древней Руси. Начало русской литературы. XI- н XII
вв.- М. : Художественная литература, 1975.
9. Лихачев Д.С. .Великое наследие. Классические произведения
литературы Древней Руси.2009.//www.infoliolib.info/lihochov/greet4-
2html/
10. Макарий( Булгаков ) История Русской церкви. Кн. 2. – М.:изд.
Свято – Преображенского Валаамского монастыря, 1995.
11. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ), изд. II, т.2. Ипатьевская летопись.- Спб: тип. М.А. Александрова, 1908.
12. ПСРЛ, т.І. Лаврентьевская летопись. Вып. 1. Повесть временных
лет. Изд. ІІ. –Ленинград, 1926.
13. Татищев В.Н. История Российская, т.1. – М - Л, АН СССР, 1962.
14. Шахматов А.А. «Разыскания о древнейших русских летописных
сводах» - Спб, 1908.
15. Шахматов А.А. «Повесть временных лет» Изд. Импер. Археогр.
Комис. – Пг.: Тип. Орлова, 1916.




 
 
 
 
 
   


Духовное наследие   Рейтинг@Mail.ru